В психофармакологии одним из основных вопросов является соотношение структуры и функции. Очевидно, что, с одной стороны, не все функциональные изменения имеют следствием видимые изменения структуры и, с другой стороны, не всегда функциональные изменения не вызывают морфологических перестроек.

Как показано в исследованиях, проведенных в Институте фармакологии АМН, при действии веществ, угнетающих центральную нервную систему, можно наблюдать сочетание функциональных и морфологических изменений. Так, угнетение поведения животных под влиянием нейролептика трифтазина сопровождается изменением ультраструктуры нейронов сетевидного образования головного мозга. С помощью электронной микроскопии было доказано, что максимум угнетения поведения сопровождается выраженными реактивными изменениями мембранных структур нейронов — митохондрий, аппарата Гольджи, гранулярного и агранулярного ретикулума; происходит набухание мембран митохондрий, нарушение расположения крист и изменение их внутренней структуры. При уменьшении детринирующего действия трифтазина (с выведением его из организма) в элементах аппарата Гольджи отмечаются гипертрофические процессы, в отдельных клетках увеличивается число лизосом, участвующих в процессах переваривания и инактивации инородных веществ. Фармакологи чаще, чем представители других медицинских дисциплин, сталкиваются с проявлениями закона перехода количественных изменений в качественные. Примечательно, что выражение solla dosis facit venonum (только доза определяет ядовитость) пришло из античной медицины. Различные свойства лекарств характеризуют болограммы, т. е. графические изображения зависимости получаемого результата от дозы. В фармакологических исследованиях болограммы используются для определения качественных различий в действии препаратов. Считается, например, что болограммы веществ с одинаковым tg Изучение структуры и действия медикаментов

В настоящее время стало общеизвестным то обстоятельство, что нейролептики в малых дозах оказывают не угнетающее, а антидепрессивное действие, но их собственно нейролептическое действие проявляется только при применении больших количеств. Например, действие упомянутого выше карбидина как в эксперименте, так и в клинике четко зависит от применяемой дозы. Различное действие карбидина проявляется при применении его в совершенно отличающихся дозах, в то время как аминазин вызывает одинаковую реакцию. Таким образом, карбидин оказывает более избирательное действие (например, его влияние на эмоциональные реакции не сопровождается угнетением двигательной активности, а тем более снижением мышечного тонуса), что выгодно отличает его от других нейролептиков. При комбинации лекарственных веществ может наблюдаться не только количественное изменение активности — усиление или ослабление действия медикаментов, но и качественное. В Институте фармакологии АМН было показано, что при сочетании морфина и аминазина проявляется качественно новое (не свойственное каждому из препаратов при раздельном применении) наркотическое действие. Установлено также, что определяющим фактором влияния на организм фармакологической комбинации является пропорциональное соотношение ее компонентов, а не абсолютные количества препаратов. При изучении структуры и действия медикаментов четко проявляется роль количественных изменений в определении фармакологической активности. В результате таких исследований в Институте фармакологии АМН получены важные теоретические данные, которые послужили основой создания высокоэффективных лекарств. Так, используя сведения о значении замещения на фтор как способе усиления фармакологической активности, химики и фармакологи получили фторсодержащие соединения — трифтазин, фторфена-зин, фторацизин, которые значительно превосходят по активности хлорсодержащие аналоги. Доказано, что в определении антипсихотического действия производных карболина определяющее значение имеют замещения по 6-му положению ароматического ядра. Например, путем введения метильного радикала получено соединение 3,6-диметил-1,2,3,4,4а,9а-гексагидро-у-кар-болин дихлоргидрат (упоминавшийся выше карбидин), который в несколько раз превосходит аминазин по влиянию на эмоциональные реакции.

Комментарии запрещены.